Заклюёт! Все рыбацкие секреты. Знаете рыбацкий секрет?

В кого стреляли в выгоновском заказнике

В кого стреляли в Выгоновском заказнике?

Экотропу занесло. Обслуживать ее заказник больше не может
Экотропу занесло. Обслуживать ее заказник больше
не может. Фото: Николай СУХОВЕЙ

«Комсомолка» отправилась расследовать странное происшествие - егерь ранил специалиста заказника, - а стала свидетелем настоящего противостояния местного населения с администрацией охотхозяйства.

В конце декабря и в январе «Комсомолка» писала о ЧП, которое произошло в заказнике «Выгоновский» (см. сайт kp.by "Фотограф, в которого стрелял егерь, в тяжелом состоянии"). Во время исполнения обязанностей по охране заказника был тяжело ранен молодой сотрудник заказника - фотограф-анималист Николай Воробей. Парню раздробили оба колена, отстрелили большой палец левой руки. Стрелял (тоже при исполнении служебных обязанностей) егерь местного охотхозяйства Михаил Ярута. Статья, по которой возбуждено уголовное дело, - об умышленном причинении тяжких телесных повреждений. А вот почему стрелял - следователи выясняют. И пока выясняют, егерь находится под подпиской о невыезде.

Мы попытались провести собственное расследование. Сразу скажу: добираться до цели пришлось долго - через встречи с местными жителями, охотниками, сотрудниками заказника и охотхозяйства…

ВОЗМУЩЕН ЗАКАЗНИК: НЕ ПУСКАЮТ

Республиканский ландшафтный заказник «Выгоновский» - это 55 тысяч гектаров с болотами, каналом Огинского, двумя крупными озерами - Бобровичским и Выгоновским рядом с одноименными деревнями. Почти по центру заказника - земли охотхозяйства, то есть охотхозяйство - в заказнике.

Мы приехали с утра и сразу пошли к директору.

Директор заказника Сергей Габец: ситуация в Выгонощах сложилась нездоровая.
Директор заказника Сергей Габец:
ситуация в Выгонощах сложилась
нездоровая. Фото: Николай СУХОВЕЙ

- Сотрудники наши следят, чтобы землепользователи не нарушали положение о заказнике, проводим просветительскую работу, экскурсии, фотоохоты, - объясняет суть своей работы директор заказника Сергей Габец. - Делаем искусственные гнездования для птиц, занесенных в Красную книгу. Наша охранная деятельность распространяется на весь животный и растительный мир, на гидрорежим.

До лета 2010-го все уживались мирно. Мир закончился, когда у лесоохотничьего хозяйства «Выгонощанское» появился новый хозяин - «Национальный парк «Беловежская пуща».

- На дороге, ведущей к Выгоновскому озеру, охотхозяйство поставило шлагбаум и закрыло вход и местному населению, и нашим сотрудникам, - объясняет Габец. - Теперь добраться за озеро, где также находится территория заказника, практически невозможно - только в объезд, и это около 140 километров. Дорог-то по заказнику мало - болота. По закону об особо охраняемых природных территориях мы имеем право быть на территории охотхозяйства, по факту - нет.

В прошлом году мы построили по болоту экологическую тропу на территории охотхозяйства - аж до самого Выгоновского озера. По экотропе провели около 2 тысяч человек экскурсантов - ведь мало кто из горожан вообще представляет себе, что такое болото, что на нем растет, цветет, живет. Теперь и экотропа недоступна.


Директор заказника написал тогдашнему главе Пущи, Николаю Бамбизе.

- В ответ пришло две строчки, - говорит. - «Директор государственного национального парка «Беловежская пуща» отказывает в выдаче пропусков на проезд КПП лесоохоничьего хозяйства «Выгоновское» ГНП «Беловежская пуща». Все.

ВОЗМУЩЕНЫ БОБРОВИЧИ: ЛИШИЛИ ЗАРАБОТКА

Мы попросили сотрудника заказника, Александра Иванова, поработать нашим проводником. Выходим из администрации, нам местные мужики сообщают: а в Бобровичах-то вас женщины заждались!

Их десять человек, собрались в магазине - чтоб теплей было ждать корреспондента из Минска.

- Мы ж тут живем всю жизнь, - приступили к рассказу. - Клюква для нас - это, считай, единственная возможность заработать к пенсии! Да и все делаем с клюквой - и морсики, и капусту квасим. А самая клюква - за озером Бобровичским, по воде в одну сторону почти три километра. Мы туда на моторках (а лодки есть почти у всех) ездили по осени. А в том году охотхозяйство запретило, мол, езжайте на «грэбках» (на веслах. - Ред.). А вот как бабка туда попадет, это ж сколько грести! А если поднимается ветер - вообще можно погибнуть!

- Они пустили катер в ноябре, когда той клюквы уже не было. По 10 тысяч с каждого брали. Но это ничего, кило клюквы по 10 тысяч сдавали, но не в ноябре же за ней возить! И вообще, как так - бобровицким людям с мотором нельзя выезжать!

- А рыбалка? С удочкой для местных - бесплатно, а сына моего, который не тут прописан, работники охотхозяйства погнали с озера, - продолжают делится женщины. - Сказали: 20 тысяч с берега с удочкой. И 25 тысяч - с лодки. А зимой 16 тысяч. Заплатил, а поймал что, не поймал - твои проблемы. И что сделала Беловежская пуща для нашего озера? Только деньги брать начали! А на озеро съездить Выгоновское - вообще 2 тысячи в час!

В общем, по всему видно, местные разгневаны. Понятно, что никакие доводы про защиту природы не пройдут - тут с природы всегда как-то кормились и пострадавшей ее не считали. И гнев народный направлен на работников охотхозяйства во главе с Беловежской пущей.


«ЭКСКУРСИЯ» ПО ПОЛЮ ЗА 2 ТЫСЯЧИ

Едем к Выгоновскому озеру. Как-то не верится, что посреди поля стоит КПП, где берут деньги. Напрасно - вот будка тепленькая и шлагбаум. Охранник долго собирает раздолбанный кассовый аппарат, наконец, выбивает чек, на котором не видно половины цифр. Берет 6 тысяч за троих.

- За что деньги берете? - строго спрашиваю.

- За экскурсию, - солидно отвечает.

- А где экскурсовод?

- Нет никакого экскурсовода.

Отъезжаем, а охранник отчитывается кому-то по мобильному: три человека, машина из Минска. Значит, нас все-таки ждут.

Выгоновское озеро - огромная белая пустыня. Набережная под плиткой, но ее не видно - снега по щиколотку.

Саша ведет нас по экотропе. Таблички вдоль мостков цветные, красочные. И правда, интересный для горожан аттракцион - пройтись по болоту. Но гулять морозно, возвращаемся. Нас перехватывает второй человек охотхозяйства - ведущий специалист Владимир Даютов.

- Это хорошо, что вы официально въехали, а то разговор бы был другим, - роняет Даютов. И как-то не по себе становится от этой фразы. Впрочем, довольно быстро беседа перетекает в конструктивное русло.

Индивидуальная экскурсия начинается с осмотра «дачи Машерова» - домика, который построили тридцать лет назад для Петра Мироновича и где тот ни разу так и не побывал. Даютов рассказывает про перспективы этой турзоны: что будут на Выгонощанском озере оборудованные площадки для отдыха, волейбольные, детские, места для рыбалки, кемпинг, построят еще несколько коттеджей, откроют магазин, кафе, баню, народ на катере будет кататься на тот берег (уже катался летом, 10 тысяч с носа) да по каналу Огинского... Будет цивилизация и красота. Но и сейчас иностранные охотники едут сюда сотнями - для них тут отдыхать и охотиться недорого.

КПП: час на озере Выгонощи - 2 тысячи с носа
КПП: час на озере Выгонощи - 2 тысячи с носа. Фото: Николай СУХОВЕЙ

О ЧП в заказнике беседуем уже в конторе. За столом - и Николай Савило, главный лесничий, читай - первое лицо охотхозяйства. Это он писал характеристику егерю Яруте, стрелявшему в фотографа. По характеристике выходило, что егерь - человек хороший, семейный, и держать его в СИЗО, пока расследуется дело, нет смысла.

- Ну не может быть два хозяина в одном месте! - веско объясняет Александру и нам свое видение ситуации Владимир Даютов. - Просто раньше никто в это не вникал! Тут хозяин - Беловежская Пуща. И она устанавливает порядки и прейскуранты.

- Местные жалуются, что мы им на моторках не даем выходить, знаю. Но они ж сети ставят! А у нас нет столько людей, чтоб отследить каждую моторку - чего он куда поехал, - объясняет Савило. И уточняет: - Если хотят рыбу купить - сюда можно подъехать, здесь всегда продадут без проблем, если надо.

- Охотники, говорят, вами недовольны тоже.

- Определено 25 тысяч гектаров на спортивную зону (так называется зона, где охотятся местные охотники). Сезонная путевка - 175 тысяч. Мы объявили, что для получения лицензий надо направлять заявки в Пущу. Из местных охотников заявки отправили 45 человек. Выдали нам путевки, выдали лицензии на 3 дня. В назначенный день на сбор прибыли 16 человек. Какие к нам претензии? - недоумевает Даютов.

- Вы сюда приехали копать против Яруты? - наконец спрашивает Савило. - Он защищался, на него нападали, когда он возвращался с подкормочной площадки, потому и стрелял.

- Не то чтоб копать… Говорите, на егеря нападали - а Николай сидел на корточках, когда в него стреляли.

Но мужчины остались при своем мнении. Версии егеря о том, что на него напали, они верили больше.

Местные охотники: надеемся, на наши проблемы обратят внимание!
Местные охотники: надеемся, на наши проблемы обратят внимание! Фото: Николай СУХОВЕЙ

ОХОТНИЧИЙ МИТИНГ

Распрощались. А под Телеханами нас остановили местные охотники. Группа в несколько десятков мужчин разных возрастов собралась на обочине.

- Спортивную зону с приходом сюда Пущи урезали! - начинает объяснять самый старший, Сергей Иванович, охотник с огромным стажем. - Нет этих 25 тысяч гектаров для охоты, про которые рассказывает всем Савило. Я бы вам показал на карте эту спортивную зону - полоска шириной 100 - 300 метров и дальше - высушенное болото, торфяники, сельхозугодия. Что там водится? Лиса только. 160 человек согнали на одно болото - и бойся выстрелить.

- А стоимость путевки? Была 75 тысяч, а тут почему-то 175 тысяч стала! А разовая - 50 тысяч. Вот заплатил 50 тысяч, посидел на вышке два часа - не вышел зверь, и денег нет, и мяса нет.

Пенсионеров возмущает и то, что иностранные охотники в более выгодных условиях, чем свои. На здешних землях этот вопрос вообще больной.

- Во время войны Выгонощи, Бобровичи, Красница, Виадо, Тупичичи немцы спалили с людьми живыми. Теперь там немцы охотятся. А мы не можем. Это что, они для себя освобождали? Это ж позор! - говорит Сергей Иванович.

Охотники возмущены не меньше жительниц Бобровичей. В общем, недовольных, похоже, критическая масса.

А СТРЕЛЯЮТ ТУТ РЕГУЛЯРНО

Едем на место, где стреляли в Николая Воробья.

- Мы тут с братом были неподалеку, ремонтировали вышку для наблюдения за животными, - рассказывает Александр Иванов. - Примерно в 16.15 услышали выстрел. Подумали, браконьер. Позвонили директору, он приехал с Николаем. Вместе прошли в лес, нашли ЛуАЗ. Только выпал снег, луна светила, и было видно, что один человек пошел вот по этой дорожке к подкормочной площадке для кабанов. Мы прошли, стали вот тут (показывает на елку и кусты за ней, в нескольких метрах от дороги. - Прим. ред.). Габец был легко одет, пошел в машину греться. А мы прождали с час, видим, идет человек. Я с братом вот тут стоял, нас с дороги не было видно, а Коля на фоне пригорка на корточках сидел. Я идущему «Лесная охрана!» кричу. Он прошел еще пару шагов, повернулся и выстрелил. Я кричу: «Ты что стреляешь!». А он мне: «Саша, это ты?». Смотрю - а это егерь, Ярута. Мне казалось сначала, что он стрелял мимо. И тут мы услышали, что Николай говорит: «Я ранен, я ранен». Подумал, что этот егерь всех нас сейчас перестреляет. Выхватил ружье, разрядил, разобрал, бросил в сторону.

На машине с Ярутой повезли Николая в больницу.

- Видимо, Ярута имел право охотиться?

- У него путевка была на сорных животных: лису, другую мелочь. Но на них с пулей 12 калибра никто не ходит - такие на кабана или косулю. А из Николая достали пулю 12 калибра.

Мы на подкормочной площадке - поляне при вышке. На снегу рассыпано зерно. Поверх трех кровавых пятен - явно тут стреляли по кабанам.

- Браконьеры или охотники? - спрашиваю.

Саша пожимает плечами. Но все методично фотографирует.

Кстати, у заказника всего три сотрудника, причем 23-летний Николай Воробей по должности старший сотрудник. Табельного оружия они не имеют, но фотоаппараты с ребятами практически всегда. Как объясняют, «чтобы фиксировать факты браконьерства». Кстати, одну из версий, что стрелял Ярута по «свидетелю», следователи не поддерживают - там придерживаются мнения, что егерь был испуган и оборонялся, не хотел никого убивать.

ВМЕСТО ВЫВОДА

Уезжали со странным ощущением: все тут что-то недоговаривают.

Например, Саша на сей раз умолчал, но газете «Обозреватель» почему-то рассказал: егерь еще в машине говорил - у него много врагов, и на днях один человек грозился его застрелить за то, что он не разрешал ему охотиться на выдру. И выстрелил он потому, что подумал: уже пришли убивать…

Вот тут егерю не верить сложно. К работникам охотхозяйства претензий воз и маленькая тележка. У местных жителей, у охотников. Эти претензии накапливаются, наслаиваются, а жаловаться некому, они, представители охотхозяйства, тут самые сильные, а начальство - оно далеко.

Мы рассчитываем, что на ситуацию, сложившуюся в заказнике, обратит внимание руководство, способное погасить конфликт и учесть интересы местного населения. Ведь правы были те, кто говорил - выстрел стал результатом перекалившейся обстановки. И без такого вмешательства никто не даст гарантии, что выстрел в фотографа окажется последним случаем.

«Комсомолка» будет и далее следить за развитием событий.

ОФИЦИАЛЬНО

«Насчет ЧП с выстрелом ГПУ «НП «Беловежская пуща» не считает возможным давать какие-либо комментарии до окончания следственных действий. Относительно других вопросов поясняем следующее.

Шлагбаум на дороге к Выгоновскому озеру был установлен еще в 1985 году, задолго до подчинения этой территории Беловежской пуще, и действовал еще при С.В. Габце, который был заместителем директора РУЛП «Телеханы».

(…) упреки Габца в адрес Беловежской пущи неосновательны, как и обвинения в том, что ему было отказано в выдаче пропусков на территорию, подчиняющуюся Беловежской пуще. Ведь в ответ на его запрос было направлено письмо, где предлагалось предоставить список сотрудников и транспортных средств, которым необходимо пересекать территорию ЛОХ «Выгоновское» в связи с производственной необходимостью, равно как и определить маршруты их следования. Кроме того, ГПУ «НП «Беловежская пуща» в указанном письме обращалось к С.В. Габцу с просьбой разработать договор по использованию туристического потенциала территории, подведомственной в настоящее время ГПУ «НП «Беловежская пуща». В ответ на эти предложения (…) не пришло ни строчки.

Действия ГПУ «НП «Беловежская пуща» были продиктованы стремлением навести хоть какой-то порядок на подчиненной территории, где процветало браконьерство и не соблюдалось природоохранное законодательство.

(…) Любителей дармовой рыбки и дичи достаточно, а при отсутствии должного контроля со стороны владельцев угодий браконьерство приобретает чуть ли не узаконенный характер. Естественно, что введение контроля территории вызывает нарекание жителей, а особенно приезжих гостей, которые ранее могли увезти с собой бесплатный увесистый улов. Тем более будет вызывать возмущение требование оплаты за использование ресурсов.

Относительно сбора клюквы. (…) ГПУ «НП «Беловежская пуща» не оказывало этому никаких препятствий. Но доставка сборщиков ягод на моторных лодках действительно была ограничена, чему имелись определенные причины. (…) Поймать браконьера на моторной лодке достаточно сложно. С запретом на использование моторных лодок их владельцы, естественно, лишились незаконных доходов и возможности бесконтрольных действий на озере. Клюква же (…) собиралась не столько «для морсов и капусты», сколько производилась ее промышленная заготовка - сбор одного килограмма оправдывал плату за проезд к местам ее сбора.

Кроме этого, необходимо принимать во внимание и природоохранный аспект. В окрестностях Выгоновского озера обитает одна из самых больших в Беларуси популяций глухаря - птицы, становящейся редкостью в наших лесах. Клюква же является его излюбленным витаминным кормом, особенно в весенний период. Промышленная заготовка этой ягоды неизбежно повлечет сокращение популяции глухаря.



Источник: http://bp21.org.by

Еще секретов?

Отдых

Рыбалка на кипре

Воблеры tsuribito

Самоделки для рыбалки - как сделать воблер своими руками

О сайте
Профессионалам-рыбакам посвящается. Мы просто кладезь рыбацкой мудрости, читайте и узнавайте всё новые и новые секреты рыбалки.